Место которого нет
Православие19 января 1865 года в селе Клин Псковской губернии у Ивана Белавина и его жены Анны родился сын Василий, которому суждено было стать первым после 217-летнего перерыва патриархом на Руси. Детские годы он провел в городе Торопце той же губернии, где отец его в одной из восемнадцати церквей, замечательных своим благолепием, был священником.
С девяти лет мальчик начал посещать Торопецкое духовное училище, где обучали катехизису. Священной истории, чтению по-русски и по-славянски, письму, арифметике, русской грамматике, латинскому и греческому языкам, церковному уставу и церковному пению.
Окончив в 1878 году училище, Василий Белавин покидает отчий дом, чтобы продолжить учебу в Псковской Духовной Семинарии. По воспоминаниям протоиерея Рождественского, учившегося вместе с будущим патриархом в семинарии, Василий Белавин был высокоросл, белокур, с ласковым и приветливым характером, товарищи его любили и дали шутливо-уважительное прозвище «Архиерей». Василий отличался искренней религиозностью, постоянными успехами в науках и всегдашней готовностью помочь товарищам, особенно, в составлении и исправлении многочисленных сочинений.
Он закончил Семинарию в числе первых и в 1884 году поступил в Петербургскую Духовную Академию. В 1888 году, по окончании ее со степенью Кандидата Богословия, он вернулся в Псковскую Семинарию, где начал преподавать основное, догматическое и нравственное богословие, а также французский язык.
14 декабря 1891 года 26-летний Василий Белавин был пострижен в монашество с именем Тихона в честь святителя Тихона Задонского. В следующем году его переводят на должность инспектора Холмской Духовной Семинарии в город Люблин, затем он становится ректором Семинарии в Казани, затем — ректором в родной ему Холмской Семинарии.
19 октября 1897 года в Троицком соборе Александро-Невской Лавры в Петербурге состоялась хиротония его во епископа Люблинского, викария Варшавской епархии. Осенью следующего года он перемещается на служение в Северную Америку.
Первыми принесли христианство на Аляску и Алеутские острова в 1793 году иноки Валаамской обители. После них святое дело продолжали преемники-пастыри, и более других — епископ Иннокентий (Вениаминов). В 1870 году по почину владыки Иннокентия была учреждена Алеутско-Аляскинская епархия с кафедрой в Сан-Франциско.
Окрепла же православная миссия в Америке лишь при предшественнике святителя Тихона — владыке Николае «иже бысть муж силен и словом и делом».
Новая епархия представляла собой суровый дикий край еще недавно бывший частью Российской империи. На много верст друг от друга отстояли в этой ледяной пустыне глухие селения, добраться до которых уже было равнозначно тяжелому подвигу.
За время своего управления епархией владыка Тихон добился учреждения двух викариатств [230], организовал несколько Братств, открыл Духовную Семинарию в Миннеаполисе, основал Свято-Тихоновский монастырь в Пенсильвании и женский приют на Кодьяке, выстроил новый кафедральный Свято-Николаевский собор в Нью-Йорке, куда и была перенесена архиерейская кафедра из Сан-Франциско. Число приходов при нем возросло с пятнадцати до семидесяти пяти. Все это лишь наиболее заметные внешние достижения владыки Тихона. Параллельно этому шла огромная духовная работа.
В 1907 году владыку Тихона (к тому времени — архиепископа) переводят на Ярославскую кафедру, на которой он пребывал до января 1914 года, когда, согласно решению Священного Синода, он был назначен архиепископом Виленским и Литовским. Здесь он пробыл до революционного 1917 года На время мировой войны падает и присутствие владыки Тихона в Священном Синоде, где он снискал себе уважение высших иерархов Русской Церкви.
После отречения Императора Николая II от престола власть в России перешла к Временному Правительству. Из зада заседаний Синода торжественно был вынесен царский трон. В Обращении Синода от 9 марта высшие иерархи назвали свержение Самодержавия «волей Божией».
На волне «демократических преобразований» 13 мая Синод принял постановление о восстановлении принципа выборности епископата — явления невиданного на Руси (если не считать «Новгородскую Республику»). В Москве было решено избрать преемника митрополиту Макарию, уволенному новым составом Синода на покой.
Из 800 членов Епархиального Съезда 481 человек отдали свои голоса за архиепископа Виленского и Литовского Тихона (Белавина), который и возглавил Московскую кафедру. В сентябре он был возведен в сан митрополита.
Новые условия церковной жизни, при которой Синод уже не обладал той властью, которую он имел во время Империи, настоятельно требовали соборного решения многих проблем. Нужен был Собор. Открытие Собора состоялось 16 августа (ст. ст.) 1917 года в Москве в храме Христа Спасителя.
Первым после более чем двухвекового перерыва патриархом на Московской и всея Руси кафедре стал владыка Тихон.
21 ноября (4 декабря), в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, в Успенском соборе Кремля совершилось настолование (интронизация) митрополита Тихона.
Первые же месяцы управления Церковью стали для патриарха Тихона временем невиданных испытаний. Ежедневно, ежечасно к патриарху поступали сведения о разграблении церквей, расправах над священнослужителями. В январе 1918 года большевики издают известный Декрет об отделении Церкви от государства, которым Церковь вообще лишалась в стране всяких прав. Патриарх чутко реагирует на все попытки безбожной власти уничтожить Церковь. Он издает одно за другим послания с призывом к умиротворению, и в конце концов, с одобрения членов Собора, анафематствует советскую власть.
Внутри России после зверского убийства Царской Семьи остался только один символ противостояния безбожной власти — Патриарх. Большевики использовали каждую возможность, чтобы сломить его: ликвидация монастырей, вскрытие мощей, голод в Поволжье, изъятие церковных имуществ, суды в связи с сопротивлением изъятию ценностей, обновленческий раскол, подогреваемый властями...
Все это ложилось неимоверным грузом на плечи патриарха. И, наконец, в мае 1922 года — арест. Арест уже тогда когда он неоднократно заявил в своих посланиях о личной лояльности и недопустимости вовлечения Церкви в политическую борьбу. Начались бесконечные допросы, которые должны были увенчаться показательным процессом над всей Русской Православной Церковью.
Но и это не все. Именно в то время, когда весь мир с ужасом ожидал расстрела патриарха, часть духовенства, объединившаяся в организацию «Живая церковь», решила подыграть большевикам, оболгать патриарха и с помощью подлога захватить высшее управление Церковью. Не без помощи властей они образовали так называемое Высшее Церковное Управление, которое в условиях расстроенной церковной жизни грозило вообще подорвать основы церковного вероучения и устройства. «Живцы» собирают сборище, названное ими Поместным Церковным Собором, на котором лишают патриарха Тихона сана и даже монашества. Перед лицом такой угрозы патриарх пишет в Верховный Суд покаянное заявление и обретает свободу. После выхода патриарха из заключения судьба обновленчества была решена: народ пошел за истинным пастырем.
Патриарх несказанно страдал от постоянной опеки карательных органов большевиков. Особенно его угнетали требования пойти на то или иное соглашательство с властями [231], за каждое из которых ему обещали ослабить гонения на религию, помиловать некоторых приговоренных к расстрелу или брошенных на каторжные работы священнослужителей.
Патриарх иногда шел на уступки, брал на себя грех компромисса, но, когда встречал недовольство своими решениями со стороны клира, возвращался на прежние позиции, винил в случившемся только себя.
Несколько раз на патриарха было совершено покушение. Во время одного из них был убит его келейник Яков Полозов.
В начале 1925 года у патриарха участились приступы «грудной жабы», и его положили в частную лечебницу Бакуниных, рядом с Зачатьевским монастырем на Остоженке.
23 марта (5 апреля) Святейший совершил Божественную литургию в храме Вознесения у Никитских ворот. На следующий день, в понедельник, он не смог выехать из больницы, так как почувствовал себя плохо после лечения зубов, и послал свою мантию митрополиту Крутицкому Петру, дав ему поручение отслужить в этот день всенощную в храме на Тверской, а литургию во вторник — в Богоявленском храме в Елохове.
25 марта (7 апреля), в день Благовещения Пресвятой Богородицы, Святейший патриарх Московский и всея Руси Тихон (Белавин) скончался. В этот день он прослушал всю праздничную службу, которую ему прочитал келейник, принял митрополита Крутицкого Петра, подписал так называемое «Предсмертное завещание», сетовал навестившим прихожанам о своем недомогании, не позволившем совершить праздничное богослужение, обещал на днях выйти из лечебницы, и согласился для улучшения самочувствия сделать ему укол морфия.
К вечеру Святейший стал сильно волноваться и все спрашивал, который час. Последний раз спросил в 23 часа 45 минут, посмотрел на свои руки — они уже почернели — и вздохнул:
— Скоро наступит ночь, темная и длинная.
Отпевание святителя Тихона состоялось 12 апреля в Большом соборе Московского Донского монастыря сонмом около шестидесяти архиереев, в присутствии представителей дипломатического корпуса, при огромном стечении молящихся, заполнивших монастырь и все прилегающие улицы и площади. Погребен патриарх Тихон в старом (зимнем) монастырском храме в честь Донской иконы Божией Матери, у южной стены.
22 февраля 1992 года во время реставрационных работ были обретены святые останки святителя Тихона.