Место которого нет
ПравославиеПреподобный Фома родился в Вифинии [246]. Родители его были простого звания и жили в довольстве. Но Фома уже с юных лет избегал всяких житейских и суетных удовольствий я обнаруживал склонность к иноческому образу жизни.
Он с детства привык соблюдать пост, охотно занимался книжным учением, изучил Псалтирь, апостольские писания и всю церковную службу.
Таким образом, первоначальная жизнь Фомы протекала мирно, в благочестии, и добрые семена, посеянные в его душе, успели укорениться для дальнейшего возрастания. Когда же он достиг зрелого возраста, то принял иноческий постриг и вступил на тяжелый путь духовной борьбы.
В то время один из византийских вельмож по имени Галоликт основал при реке Сагарисе новый монастырь и просил епископа той области собрать в нем достойнейших и разумных иноков.
Начальником той обители был избран и поставлен преподобный Фома, как уже бывший опытным и искушенным в духовной жизни.
Об этом было сообщено Собору епископов, с убедительным объяснением его духовных качеств, которые скрыть было невозможно. Между тем, избрание Фомы дало повод к некоторому раздору.
Не желая быть «яблоком раздора», Фома испросил у братии прощения за то, что невольно стал причиной смуты, попрощался с ними, преподал им духовное утешение и удалился из монастыря для безмолвия в пустыню.
Оставшись без духовного руководителя, иноки пожелали возвращения преподобного. После долгих поисков они нашли его живущим в чрезвычайно суровых условиях.
— Зачем ты изнуряешь себя столь суровым житием? — говорили они. —Подумай: ведь мы созданы из персти земной и уже по сему самому носим в себе немощь, так что нам не по силам совершенно отрешиться от свойственной нам немощи.
Фома долго оставался непреклонен, и только после долгах уговоров позволил им устроить для себя небольшую келию. Когда она была устроена, преподобный вошел в нее и, преклонив колени, произнес:
— Да будет сие богоугодно Тебе, Господи. Пришедших же к моему недостоинству мужей сподоби возвратиться.
Иноки удалились, оставив своего наставника в пустынном уединении. Но вслед за этим к подвижнику начали со всех сторон приходить благочестивые люди, миряне, желавшие вести иноческую жизнь и просили его, чтобы он позволил им жить у него в послушании.
Но, разумеется, не обошлось и без искушений. На него напали тучи комаров, в таком множестве, что он не мог раскрыть рот: они тут же набивались ему в рот и проникали даже до гортани. Скудная пища его и все его вещи были покрыты слоем комаров. Такая напасть продолжалась три года, но преподобный не только терпеливо переносил все это без малейшего ропота, но и благодарил Бога за такое испытание.
Комаров сменили большие мухи, которые кусали изможденное длительным воздержанием тело его как будто острыми стрелами. И эта напасть продолжалась в течение трех лет. Затем появились муравьи, которые заползали ему в уши, ноздри, под веки.
И это искушение святой пережил со смирением и терпением. Но и это было не все. Человек от создания своего с особым отвращением относится к змеям, как к проводнику первого греха.
Зная это, диавол наслал на преподобного множество змей. Они подползали к нему, окружали его постоянно. От змей не было свободно даже его ложе. Но, охраняемый силой Божией, он оставался невредим. Такое испытание длилось полных одиннадцать лет. И опять ни слова ропота.
Однажды блаженный совершал Божественную службу. Чин приближался к концу, и в это время откуда-то выполз громадный змей и кольцом опоясал собой всю церковь, в которой совершалось священнодействие. Прислуживавший преподобному инок вышел незадолго перед тем из храма, чтобы принести необходимую теплоту. Змей, между тем, свернулся огромным клубком у входа в храм.
Преподобный, удивляясь, что не подается своевременно теплота, оглянулся и увидел чудовище, а прислуживавший ему инок в ужасе стоял снаружи, не смея войти внутрь. Преподобный, исполнившись дерзновения, сказал иноку:
— Входи и не бойся.
Сам же продолжал священнодействовать. Ободренный благословением святого, инок как бы на крыльях перелетел через змея и вошел в церковь. По окончании богослужения блаженный старец в полном облачении подошел к порогу, где лежало чудовище, и обратился к нему с такими словами:
— Если это появление твое здесь, змей, означает кончину твою помощью Бога моего, то следуй за мной.
Змей захватил своими зубами край одежды святого и последовал за ним. Фома же отошел от церкви на расстояние полета стрелы и, зайдя в глухое место, где была большая яма, начал молиться. Ко многим молитвам он присоединил и такую:
— Боже, давший власть верующим в Тебя наступать на змей и скорпионов, благоволи. Господи, и мне, меньшему, наступить на гортань змея, по слову Твоему!
Как только преподобный произнес эту молитву, змей тотчас поднялся с места и низвергся в пропасть. После этого последовало новое чудо: змеи, окружавшие и находившиеся в его келии и столько лет устрашавшие его, при виде возвратившегося святого старца, как бы спасаясь от огня, внезапно все оставили его и ушли в то место, где были остатки змея-чудовища. Там они и погибли.
С этого времени святой Фома, освобожденный от искушений и напастей, получил от Бога великий дар исцелений и прозрения, но, как это в обычае у святых людей, еще больше заботился о своем духовном совершенствовании, особенно соблюдая взятый на себя обет безмолвия.
А так как к нему постоянно приходили нуждающиеся в наставлении и вынуждали его нарушать безмолвие, то он стал по возможности удаляться в нагорное место пустыни. Для наставления приходивших он оставлял двоих особенно приближенных учеников: Иоанна и Петра. В обители все шло по установленному порядку под общим руководством старца-отца.
Зная праведную жизнь святого Фомы, однажды благочестивый греческий царь Лев, сын Василия [247], будучи смущаем каким-то вопросом, изложил его в письме и, запечатав его своей царской печатью, отправил его с нарочным послом к преподобному Фоме, желая получить от него ответ.
Едва царский посол приблизился к порогу келии блаженного старца, тот, выйдя ему навстречу, протянул свое запечатанное письмо и сказал:
— Прими это, брат, и возвратись к пославшему тебя. Это обстоятельство привело посланца в ужас и он в недоумении возразил:
— Какой же ответ я дам пославшему меня касательно его письменного запроса, когда ты даже и в руки не взял царского послания?
На это преподобный ответил:
— Довольно, чадо. Так хочет Бог.
Посланник возвратился и рассказал царю о случившемся. Когда же царь прочитал письмо старца и нашел в нем разрешение своего недоумения, то выразил желание лично увидеть автора. Но Фома, по своему смирению и отчуждению от мира уклонился от представления царю. Об этом, впрочем, стало известно уже после смерти преподобного от его учеников.
В глубокой старости, после непродолжительной болезни, преподобный Фома скончался в первой половине Х века.
